В 2026 году сфера личного банкротства в России переживает тихий разворот. С одной стороны, многолетний бурный рост числа заявлений наконец затормозил. С другой - суды всё внимательнее присматриваются к должникам, пытающимся решить проблемы через банкротство «в один клик». А законодатели заново провели черту между интересами кредиторов и должников вокруг главного актива - единственного жилья.
«Прощение долгов» больше не по умолчанию: суды прикрывают клапан
Если замедление роста - это количественное изменение, то смена судебного подхода — качественное. В первом полугодии 2026 года число отказов в освобождении должника от оставшихся долгов выросло почти втрое - в 2,9 раза.
В конкретных делах этот тренд виден особенно наглядно. Житель Тульской области за два месяца - с ноября 2024 по январь 2025 года - заключил 26 кредитных и микрозаймовых договоров на общую сумму около 1,57 млн рублей. До этого у него уже было почти 1 млн рублей непогашенных кредитов с платежом около 33,2 тыс. рублей в месяц при среднем доходе примерно 44 тыс. рублей. При оформлении одного из займов он завысил доход до 61 тыс. рублей. Суд признал, что должник «последовательно наращивал долговую нагрузку, принимая новые обязательства при заведомой неплатёжеспособности», и в мае 2026 года, завершив процедуру реализации имущества, отказал в списании долгов. Апелляция оставила решение в силе: около 1,57 млн рублей всё ещё подлежат взысканию
Юристы отмечают, что недавние позиции Верховного суда дали нижестоящим инстанциям ориентир: сокрытие долгов на момент займа, вывод активов, нежелание сотрудничать с финансовым управляющим могут стать основанием для отказа. Правда, пока такие отказы составляют лишь около 2,4% от общего числа дел - речь скорее о том, что «накопленная практика точнее выявляет недобросовестность», а не о системном отказе
Одновременно с отказами растёт применение реструктуризации. В первом полугодии 2026 года число утверждённых планов реструктуризации выросло в 2,4 раза - до 2790. Суды всё чаще утверждают «принудительную реструктуризацию», то есть график погашения без согласия большинства кредиторов, позволяя должнику расплатиться по жёсткому графику без признания банкротом. Впрочем, на такие реабилитационные процедуры пока приходится лишь 1% всех дел.
Регуляторный прессинг: реклама банкротства обязана «говорить о плохом»
С 1 января 2026 года вся реклама услуг по банкротству - будь то «списание долгов», «остановка коллекторов» или «освобождение от обязательств» - обязана содержать предупреждение: «Банкротство влечёт негативные последствия, включая ограничение доступа к кредитам и запрет на повторное банкротство в течение пяти лет. Сначала обратитесь к своим кредиторам и в МФЦ».
Формат предупреждения жёстко регламентирован: на радио - не менее 3 секунд; на телевидении, в кино и видео - не менее 3 секунд и не менее 7% площади кадра; в остальных носителях - не менее 7% рекламной площади или пространства. Иными словами, посредники, продающие банкротство под лозунгом «лёгкого выхода», будут вынуждены встраивать в свою рекламу отрезвляющую оговорку
Также с января ужесточены правила финансирования процедур: вознаграждение управляющего больше нельзя вносить с отсрочкой - депозит необходимо пополнить в срок с даты принятия заявления судом до дня заседания по проверке его обоснованности, а платёжный документ должен содержать номер дела
Взгляд вперёд: банкротство становится «взрослее»
С учётом того, что за десять лет банкротами стали 2,22 млн человек, институт личного банкротства в России прошёл стадию массового освоения. Портрет типичного должника - миллениалы (1981–1996 годов рождения) - 47%, женщины - 56%. Эти цифры сами говорят о том, что банкротство превратилось в рядовой инструмент работы с долгами для работающих людей среднего возраста, а не в маргинальное явление.
Нынешние изменения указывают в одну сторону: система переходит от «удобного входа» к «тонкой фильтрации». Для действительно неплатёжеспособных и добросовестных должников банкротство остаётся выходом - в первом полугодии 2026 года около 277 тыс. человек получили реструктуризацию или списание. Но для тех, кто брал кредиты без намерения платить или выводил активы перед банкротством, судебная проверка становится всё острее. Наступившее плато, возможно, и есть признак зрелости института
АРИБ: попытка институционализации рынка
На фоне этих процессов в январе 2026 года в Новосибирске была зарегистрирована Ассоциация развития института банкротства (АРИБ) - профессиональное объединение, созданное резидентами Клуба 127. Её задача - превратить разрозненный рынок банкротства физлиц в цивилизованную отрасль с едиными стандартами.
АРИБ не является СРО арбитражных управляющих в понимании закона о банкротстве. Это объединение юристов и компаний, работающих с банкротством граждан, где, по признанию самих участников, «у юристов нет официального статуса, отсутствуют единые стандарты качества и этики, а голос отрасли практически не слышен в законотворческом процессе»
Структура включает семь комитетов: образовательных продуктов, законотворчества, этики и стандартов, аттестаций, медиакоммуникаций, GR и медиации. Комитет по этике разрабатывает единые профстандарты и систему аттестации с присвоением «знака качества» и возможностью его отзыва. Также запускаются программы до- и послебанкротного обучения, включая сертификацию должников.
Если заявленное удастся реализовать, рынок получит механизм профессиональной саморегуляции параллельно с государственным регулированием
По вопросам сотрудничества и вступления в Ассоциацию: arib.official@yandex.ru
